СМЕНА, №15, 1924 год. ОСНОВЫ НАШЕГО ОБУЧЕНИЯ.

"Смена", №15, октябрь 1924 год, стр. 21-23

ОСНОВЫ НАШЕГО ОБУЧЕНИЯ.

Статья Л. БРАГИНСКОГО. Снимки ЦИТ'а.

I.

КАМПАНИЯ ЗА

повышение производительности труда

поднята сейчас всеми руководящими органами СССР. Дело не просто в том, чтобы сейчас, на ближайшие месяцы, поднять производительность: смысл всей кампании в том, что необходим такой

режим

на заводе, который бы обусловливал

непрерывный рост производства.

А раз так, то одним из самых важных вопросов этого режима становится вопрос

воспитания рабочего состава

предприятия.

В самом деле, дать высокую производительность, это значит — дать работу

точную

и

скорую.

Скорость работы и, в значительной степени, точность, добивается только правильными, наиболее экономными приемами работы и хорошей организацией ее. Но чтобы овладеть и правильными приемами, и организацией — необходим особо воспитанный рабочий, так как старый рабочий, как бы он ни желал этого, все же не сумеет их усвоить как следует на все 100%. Слишком много значит старый горб, а на старости лет трудно переучиваться.

К тому же, нам нужен не только рабочий, который бы точно и быстро работал, но который сумел бы свою работу утончать и ускорять. Таким образом, рабочий нашего советского производства должен быть особо воспитанным: постоянно

настороженный

и полуавтоматически действующий.

У него непрерывное волевое напряжение в работе, особое

упорство

— "нужно сделать лучше и я сумею еще лучше сделать" — вот как должен думать и делать такой рабочий, какой нам нужен теперь. И если бы нам такого рабочего удалось создать — мы бы создали невиданное в мире производство, имеющее в себе все задатки дальнейшего бесконечного развития.

Итак, вопрос о подготовке рабочих становится не только основным, но и чрезвычайно ответственным: мало просто принять старые способы обучения, так как они совершенно не учитывали этой организационной стороны дела.

II.

ПРЕЖДЕ ВСЕГО остановимся на обучении на самом заводе, в цехе, которое часто практикуется до сих пор. Пустить ученика на завод учиться, это значит - ставить его под обстрел всех тех, кто ему будет

мешать

и не давать ни одного достаточно умелого помощника в трудном деле обучения.

До сих пор на заводе длится еще

царство "секретов",

когда отдельные рабочие знают отдельные технические "секреты", один — правильную заточку резцов, другой — особые способы калки и т. д., и ни за какое вознаграждение не выдает этих "секретов" своим ученикам. Недаром в свое время в "Правде" появилось предложение разрешить рабочим на предприятиях бесплатио обучать своих детей, приставить ученика к своему отцу или родственнику по той причине, что старые, квалифицированные рабочие не передают своих "секретов" ученикам.

А этим "секретам", в сущности, грош цена: огромное количество из них давно известно в книгах, и ученик при правильном обучении может ими овладеть легко. Дальше при всем желании дать ученику добросовестно все уменье, рабочий на заводе этого сделать не может: ему необходимо работать; к тому же он далеко не всегда, вернее, очень редко, обладает достаточными

педагогическими способностями.

Да и сам ученик, поставленный непосредственно к станку, оглушенный шумом, завороженный огромным количеством станков, рабочих, бегущих трансмиссий, не может сосредоточиться и получить достаточно быструю тренировку. В результате — ученик превращается в подручного, подает инструмент и делает другие подобные работы, не имеющие прямого отношевия к тому, что он изучает. И, наконец, самое основное — где же, у какого рабочего в цеху — в современном, нашем советском цеху — можно научиться правильным приемам, можно научиться

продумывать

свою работу и постоянно ее улучшать. Где научиться

дисциплине,

когда больше ¾ времени ученика уходит на "ротозейство", которое, в сущности, является его обязанностью в цехе:

— Ванька, приглядывайся...

Обучение в школе много лучше: там можно создать определенный

организационный режим

там можно дать ученику такую работу, которая требуется для его обучения, а не для производительностн цеха, там можно сосредоточить специальных инструкторов и т. д.

III.

ВОТ ТРИ ОСНОВНЫХ ПОЛОЖЕНИЯ, на которые должны опираться всякие новые методы обучения:

1) Пора окончательно покончить с тем, чтобы ученику давать с самого начала его обучения исполнять какие-нибудь цельные вещи, или хотя бы даже часть работы над целой вещью. Прежде всего, натуральная работа всегда достаточно

сложна и трудна

для необученного ученика, как бы она ни была проста. Дальше: увлекаясь изготовлением самой вещи, ученик теряет из виду цель обучения; вместо того, чтобы постоянно получать

твердый рабочий навык,

ученик стремится сделать вещь поскорее потому что ему хочется

показать

скорее другим изготовленную "им самим" вещь, он стремится дать ее покрасивее, чтобы на первый взгляд она производила впечатление, и из-за этой

"аккуратности"

работы

теряет точность

ее. Это только удлиняет срок обучения — такой способ обучения не воспитывает в ученике выдержки в работе. Наоборот, калечит тех, кто уже обладает некоторыми зачатками этой выдержки Ребята изучают не то,

как

производится вещь, какими операциями и движениями, а то,

для чего

она предназначается, для чего ее будут использовывать.

А надо строить обучение так, чтобы ученик приходил

к сложным группам обработок от простых,

к вещи — от ее деталей. Тогда он научится видеть, вернее, чувствовать, всеми своими мышцами, которыми он работает, в каждой операции — ее отдельные части, в каждой вещи — ее операции. Только тогда он легко может поставить себе вопросы, как

утончить и ускорить

отдельные приемы, как

заменить

один приемы другими, как создать специальные

приспособления

для улучшения приемов работы: словом, ученик получает необходимые данные для того, чтобы стать изобретателем в своей работе. Потому что ясно видеть свою работу, шаг за шагом — это значит: ясно понимать, что делаешь; а ясно понимать — это значит: иметь возможность улучшать.

2) Новые методы обучения должны учесть те

правильные приемы

работы, хватки инструмента, стойки и т. д., которые имеются в данное время. Это создаст привычку к этим приемам. Какое большое значение имеют правильные способы работы, показывает пример школы одного из американских заводов.

Вот что они пишут:

"В нашем огромном отделении было занято 2.000 девушек. Две комиссии выдающихся инженеров, обследовавших производственные возможности отделения, пришли к заключению, что наибольший возможный выход отделения — 15.000 готовых трубок в день при двух сменах. Путем основательной тренировки работниц мы достигли среднего выхода в 38.000 трубок в день при одной смене".

Вместе с повышением производительности, правильные приемы важны в школе и потому, что ученик научается обращать на них внимание и задумывается о дальнейшем улучшении. Такой ученик — настоящий

пионер

в предприятии, где он будет работать в качестве рабочего.

И, наконец, третье, весьма существенное условие. Надо создавать метод так, чтобы трудовые навыки, приобретенные на одной какой-нибудь работе, облегчали бы обучение другим работам, похожим на эту. Например, работа рубщика по своим движениям похожа на работу кузнеца и клепальщика: все они должны ударять, давать меткость и силу удара.

Центральный Институт Труда (ЦИТ) с самого начала своей работы заметил, что огромное большинство

ручных обработочных

операций можно разделить на две группы:

ударную

и

нажимную.

Первая группа включает в себя все операции, когда приходится ударять, давая большую меткость и сравнительно большую силу удара: типичной операцией ударной группы является рубка зубилом. Нажимная группа — это такая, где обработка происходит не ударами, а непрерывным нажимом, например: опиловка металла напильником.

Если это учесть, то легко сначала обучить всем элементам, которые общи всем ударным операциям и всем нажимным; потом только давать специальную тренировку отдельных видов удара — ковки, рубки и т. д.

Те же самые ударные и нажимные движения имеются и в столярном деле: резка стамеской, долотом, топором — это ударные операции; стружка, резка всякими пилами — нажимные. Если тренировку удара по металлу сблизить так или иначе с ударом по дереву, а нажим по металлу — с нажимом по дереву, или работу металлообработочных станков с работой соответствующих станков по дереву — мы этим окончательно закрепим в психологии ученика

производственную,

а не потребительскую точку зрения: ученик увидит за изделием приемы, а не то, на что изделие использовать: разные веши из разного материала — дерево, медь, сталь — с разным потребительским назначением — обрабатываются одной и той же группой приемов; сходные вещи могут оказаться разными по приемам, которыми они сделаны, и ученик научится в них видеть разные вещи. Словом, ученик приучается оценивать те движения, которые надо произвести, тот инструмент, который надо взять, то рабочее место, за которое надо встать, чтобы вещь сделать, а не ту ценность, которую вещь имеет.

При такой точке зрения становится неважным то, что теперь считается важным: красивая "аккуратная" отделка вещи, фигурная шабровка, покрытие лаком — все то, что характеризует кустарей; зато на первый план выступает точность и скорость обработки — то, что характеризует современное

точное машиностроение.

III.

ТАК ДОЛЖНЫ ПРОХОДИТЬ первые дни и месяцы обучения. Это самое важное время в обучении: как ученик подошел к верстаку в эти дни, так он будет подходить и в течение всей своей жизни и если подошел неправильно, то "горбатого могила исправит". Если ученик получил правильную установку в первые месяцы обучения и после этого бросил школу, — он выбьется на дорогу и сам; если преподаватели испортили ему эти первые дни, — только с огромным трудом ему удастся кой в чем поправить себя.

Рис. 1.
Трудовая гимнастика.

Дальнейшее обучение должно подкреплять и развивать ту тренировку, которая была дана в первые месяцы.

Если для этих первых месяцев нами выставлено требование — делать не веши, а тренироваться в отдельных деталях и операциях, — то и в дальнейшем надо подойти к вещи постепенно: сначала соединять отдельные операции в

группы

по 2, 3, 5 и т. д., хотя бы этих операций было недостаточно, чтобы дать не только вещь, но даже деталь. Постепенно расширяя, переходим к

детали,

а затем, — к изготовлению целой

вещи.

Но и все это время должно происходить

"разложение работы на операции:"

сначала ученик вместе с заданием должен получить и точный чертеж и карточку, на которой был бы написан перечень тех операций, которые надо сделать, чтобы задания выполнить, с отдельным описанием каждой операции, с указанием инструмента и приспособлений. Затем, по мере того, как работа становится сложнее, ученик начинает

сам

понемногу составлять эту карточку: сначала намечает сам только

основные операции,

а инструтор располагает их в необходимом порядке. В конце, примерно второго года обучения, перед тем, как идти в производство, ученик уже сам составляет эту карточку, при чем в ней уже отмечается и время, потребное для каждой отдельной операции, и сам чертит свой рабочий чертеж.

Таким образом, и здесь вся тренировка пронизана строго производственным принципом, строго разделена на операции. Если в первый период ученик только получил привычку к разделению работы, к тому, чтобы видеть в работе работу, а не цель использования, то здесь он уже на самом деле, самостоятельно, каждый шаг в изготовлении вещи связывает с движением, которое надо произвести, и с инструментом, которым надо работать.

Рис 2.
Упражнения с молотком.

Вот основные программные требования, которые надо пред'явить к современному производственному обучению.

IV.

КАК ЖЕ ПРИМЕНЯЮТСЯ эти требования на практике?

Вот описание нескольких отдельных программ, данных ЦИТ'ом.

Обучение ударных операций начинается

обще-ударной тренировкой,

которая делается так:

Начинаем с трудовой гимнастики, т.-е. специальных упражнений, заключающих в себе движения, совершаемые при рубке, но не с молотком, а с гимнастическими аппаратами (рис. 1). Эта гимнастка, более легкая, чем упражнения молотком. В руке зажата палка, и ученик, при совершенно спокойной руке, работает только кистью, отгибая ее вниз и вверх. Этим развивается кисть, которая в ударном движении играет огромную роль. Потом производятся с той же булавой тренировка предплечья (локтевой удар), потом всей рукой (плечевой удар).

Рис. 3.
Обучение ковке.

Этим заканчивается трудовая гимнастика.

Затем переходим к упражнениям с молотком. Повторяем все упражнения трудовой гимнастики, но на особом аппарате, где имеется опора для руки, и деревянная наковаленка для удара (рис. 2).

При этой тренировке обращается очень большое внимание на

правильную установку ног и корпуса:

под ноги дается специальная подставка, где нарисованы положение ног при правильной установке (рис. 4).

Рис. 4.

Затем на тех же аппаратах, теми же движениями тренируются последовательно темп удара, меткость и сила.

Дальше тренировка идет различно, в зависимости от того, чему ученик обучается: для ковки — одна программа, для рубки — другая, для клепки — третья.

Опиловка — одна из самых трудных ручных слесарных операций. Трудность опиловки заключается не в сложности движения, а в трудности согласования движений правой и левой рук. Надо дать строго прямолинейное движение напильником, при этом давить руками на пилу, с тем, чтобы она резала металл, снимала стружку, но совершенно равномерным слоем, давая плоскость.

В обыденной, будничной жизни у нас не встречается таких движений, и мы лишь с трудом к ним приучаемся.

Рис. 5. Грязный верстак. Не твой-ли?

Надо тренировать эти движения так, чтобы постепенно приучаться к этому согласованию усилий обоих рук.

Вместо напильника даем ученику длинную обстроганную палку с рукояткой напильника на одном конце, и заставляем его двигать этой планкой по двум поперечным, которые дают опору для "напильника". Постепенно опора для "напильника" суживается и работа уточняется. Наконец, опора дается шириной в 1 дюйм и ученик должен научиться и при этом не давать завалов (они отмечаются особыми планочками сзади аппарата, в которые ученик не должен попадать своим "напильником").

После этого переходим на настоящий драчевый напильник, на опиловку дерева вдоль волокон, начиная с 6-ти-дюймового куска дерева, потом уменьшая до полутора-дюймовой и дюймовой ширины, а потом переходим к опиловке железа, сначала узкого куска, потом широкого. Обработка плоскости, затем личным напильником точная обработка плоскости, потом точная обработка прямого угла, потом точная обработка толщины пластинки и т. д.

Все это обучение занимает в общей сложности около семидесяти часов.

Рис. 6. Правильное расположение инструмента.

По такой же программе разработаны целый ряд других операций: ковка, клепка, притирка цилиндрических поверхностей, шабровка плоских и полукруглых поверхностей, сверловка вручную, нарезка болтов и гаек и т. п., при чем все ударные операции опираются на предварительную ударную нажимную; поэтому время, занимаемое ими, чрезвычайно невелико. В течение трех месяцев удается дать владение всеми ручными слесарными операциями, доводя их до той же точности исполнения, как у рядовых слесарей, 5, 7 разряда. Конечно, это еще не совсем слесаря, у них нет стажа изготовления вещей, они знакомы только с операциями. Однако, основы заложены достаточно крепко, настолько крепко, что ряд фабзавучеЙ, ведущих первые месяцы обучения по этому методу, начинают говорить о сведении срока школы ФЗУ с 4-х до 3-х лет, т.-е. до одного года в учебной мастерской.

V.

ВМЕСТЕ С ПРОГРАММОЙ продумана и вся обстановка обучения. При этом преследуются две цели: с одной стороны, обставить обучение так, чтобы оно происходило в возможно более благоприятных условиях, с другой — и это самое важное — приучить ученика к определенной режимной организации своей работы ("рабочая выдержка").

ПОРЯДОК В РАБОЧЕМ ЯЩИКЕ - ТОЖЕ УСЛОВИЕ НОРМАЛЬНОГО ТРУДОВОГО РЕЖИМА.
СЛЕВА: Обычный вид ящика; инструмент в беспорядке. СПРАВА: Ящик в порядке — работа идет скорее и лучше.

Каждодневные занятия гимнастикой до работы, особый подбор упражнений, имеющий целью дать заряд для работы и после работы упражнения, имеющие целью разогнать усталость онемевших не работавших частей тела, исправить профессиональную вредность работы и др.: частая смена труда и отдыха, при чем труд у рабочего места, а отдых на специальных табуретах на определенном расстоянии от верстака; запрещение курить во время работы — все это приучает к ровной, выдержанной работе, работе без "запоев" и "срывов", создает у ученика определенное умение пользоваться

техникой работоспособности.

Правильная организация рабочего места, высота верстака, правильное расположение инструмента и приспособлений на верстаке, регулярная чистка своего верстака до работы и после работы дает понимание

техники производительности.

Наконец, массовая работа под команду, когда движения заданы четко и точно, когда справа и слева соседи делают то же самое движение в тот же темп, и ученик, если изменяет темп, задержит этим всю свою группу, испортит коллективную работу — воспитывает

дисциплину.

* * *

ВОТ ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ и методы профессионального образования, выдвинутые ЦИТ'ом и принятые недавно на конференции по профобразованию.

Основная линия здесь ясна. Остается только разработать отдельные поправки к ней.

Рис. 9.
Частая смена труда и отдыха, причем труд у рабочего места, а отдых на специальных табуретах, на определенном расстоянии от верстака — все это приучает к ровной, выдержанной работе.

Тут необходимо, помимо исследований, которые производятся на курсах ЦИТ'ом, самое широкое участие и заинтересованность инструкторов школ ФЗУ, работающих по программе ЦИТ'а.

Всю инициативу, проявляемую на местах, приходится только приветствовать, и чем ее будет больше, тем совершеннее будут методы и программы