ПРИРОДА, №04-06, 1921 год. Радиотехника, ее современные успехи и будущие перспективы.

"Природа", №04-06, 1921 год, стр. 24-45

Радиотехника, ее современные успехи и будущие перспективы *).

Проф. А. А. Петровского.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

Выступая в Клубе Ученых с докладом о значении радиотехники, я, как представитель Российской Радиоассоциации, прежде всего считаю долгом выразить искреннюю признательность за то внимание, с которым Клуб Ученых отнесся к нарождающейся новой организации. Радиотехника — это самое юное чадо науки об электричестве и его применениях; оно появилось на свет 26 лет тому назад; еще на наших, глазах оно барахталось в пеленках, а теперь мы уже видим цветущего юношу и в туманной дали вырисовывается неясный пока силуэт мощного мужа, властно влияющего на ход грядущих событий.

Я прошу наперед извинения у уважаемого собрания за мое увлечение в область мечтаний; я вовсе не собираюсь петь хвалебный гимн нашей печальной действительности, но я желал бы заставить вас втечение тех немногих минут, которые длится мой доклад, забыть все, что творится за пределами этих белых колонн и последовать за мной туда, где нет ни пайков, ни реквизиций, но где витает человеческий гений, творя истинное будущее счастье народов.

Область научной мысли, в которую мы перенесемся, всегда уводила человека за пределы того, что постигается при помощи наших чувств. И олицетворение сил природы и мифология, с ее сонмами демонов и божеств и учение о начале всех начал — объединены общим признаком: знать больше, чем дано. Первые слабенькие корешки, углубляющиеся в почву, необходимы для того, чтобы питать юный росток науки; умирая, они уступают свое место сильному корню, который способен один поддерживать ветвистое разросшееся дерево. Физика оставила далеко позади все этапы чудесного и мистического; единство сил, единство энергии, единство материи — вот лозунги, выдвинутые девятнадцатым веком; это поиски того сильного корня, который скрыт где-то в недрах, но на который опирается вся тяжесть дерева физических знаний. Мы знаем теперь этот корень — это есть тонкая среда, имеющая плотность примерно в сто триллионов раз меньшую 1), чем воздух, а потому и недоступная нашему грубому чувству осязания. Эта среда заполняет пространство, циркулируя между частицами материи так же легко, как вода разливается по улицам во время сильного ливня. Ее нельзя заключить в какой-либо резервуар, нельзя положить на весы, а между тем она принимает участие во всех совершающихся явлениях. Изменение расположения частиц вызывает в ней упругие силы, которые и проявляются в притяжении и отталкивании наэлектризованных тел 2); установившееся вихревое движение, захватившее эти частицы, дает о себе знать, отклоняя магнитную стрелку от направления меридиана 3), а быстрая вибрация около положения равновесия, распространяясь вдаль и доходя до нашею глаза, вызывает в нем ощущение света 4). Влияние этой среды обнаруживается и в явлениях теплоты и в поверхностном натяжении жидкостей и при сжатии кристаллов, с этой же средой связываются представления о самых новых открытиях физики: о лучах Рентгена 5), о движении электронов 6) и о внутреннем строении материи 7).

Мировой эфир — имя этой среды. Появившись впервые в мыслях древних философов 8), эфир пребывал в забвении до конца семнадцатого века, когда гений Гюйгенса 9) заставил его вновь выступить на сцену. Ему пришлось выдержать жестокую борьбу, имея таких союзников, как Эйлер 10) и Ломоносов 11), но и не менее опасных противников, как знаменитый Ньютон. Конец девятнадцатого столетия — время полного торжества эфира: электромагнитная теория света, созданная Максвеллем, получает широкое распространение, а звездчатая структура электромагнитного поля электрона устраняет ту неопределенность и бесформенность, которую до тех пор сохраняло представление об этой среде 12).

Я был бы не объективен, если бы умолчал о том, что начало двадцатого века принесло нам некоторое разочарование. Появление в науке принципа относительности 13) сначала в ограниченной, а затем в расширенной форме имело следствием возникновение мысли об отрицании существования эфира. Зачем признавать эфир, когда самые запутанные явления вытекают строго логически из дифференциальных уравнений четырехмерного пространства, в которых мнимое время прошедшее в будущее ничем не отличается от направлении влево и вправо, вперед и назад, вниз и вверх? Нисколько не оспаривая правильность и остроумие вышеуказанных математических построений, я склонен однако думать, что выводимое из них заключение о несуществовании эфира отнюдь не вытекает с логической необходимостью. Увлекаясь изяществом математических построений, творцы теории относительности не замечают того, что замена эфира пустотой или пространством есть лишь такое изменение обозначений, в котором наглядность представления приносится в жертву бездушной символистике. Устранение эфира с его образным описанием электромагнитных процессов для истинного физика в настоящее время столь же неприемлемо 14), как замена физиономии старых знакомых одноцветными досками с выставленными на них номерами. Для радиотехника эфир есть ближайший друг, с которым он никогда не расстается и который помогает ему во всех стадиях его работы: вихревое движение эфирных нитей, сконцентрированных в железе машин, освобождает при вращении последней ту энергию, которая необходима для питания радио-установки; эфирные звездочки — электроны распределяют эту энергию по проводникам отправительной радиостанции, создавая при своем перемещении упругие изменения (электрическое поле) и вихри (магнитное поле) во всем окружающем эфире; распространяясь со скоростью триста тысяч километров в секунду, электромагнитная волна достигает приемной радиостанции и, приводя в движение электроны, которыми насыщен металл проводников, составляющих последнюю, вызывает появление соответствующего сигнала. Предоставляю вам судить — может ли после этого радиотехника упразднить эфир из своего обихода и не будет ли этот акт лишь черной неблагодарностью за все те замечательные достижения, которые она имеет в настоящее время.

В скромной обстановке небольшой лаборатории Минного Офицерского Класса в Кронштадте, работал Александр Степанович Попов 15), обдумывая первую техническую схему распределения приборов, долженствовавшую затем сделаться прототипом приемных радиостанций. Несмотря на то, что уже в 1888 г. Герцу удалось констатировать действие электромагнитной волны на расстояние в пределах комнаты, пришлось затратить немало труда и изобретательности, чтобы от лабораторной установки перейти к техническому аппарату, и расширить район действия на более значительные расстояния. Если добавить, что строителем у А. С. Попова являлся единственный старик-мастер, носивший громкий титул механика, но которому нельзя было поручить ничего, кроме самой грубой работы, так что изобретателю приходилось самому выдувать стекло, протягивать проволоку, паять и производить целый ряд всевозможных работ, то можно удивляться той настойчивости, с которой он добивался результата.

25-ое апреля 1895 года (по старому стилю) 16) можно считать днем рождения радиотехники. Вечером в заседании физического отделения Физико-химического Общества впервые был демонстрирован аппарат А. С. Попова и все присутствующие имели случай убедиться в возможности передачи сигналов без проводов через толстую каменную стену. В первом номере журнала Р. Ф. X. О. за 1896 г. появилось описание аппарата и его работы в применении к регистрации электрических разрядов атмосферы, столь слабых, что они совершенно ускользали от непосредственного наблюдения.

Если изобретение, впервые появляющееся в России 17) вскоре ускользает заграницу, то этому виною не изобретатель, а вся обстановка, которая его окружает. Так было с открытием вольтовой дуги 18), так было с изобретением лампочки накаливания 19), так случилось и с изобретением радиоприема. Широкая инициатива заграничных инженеров, ученых и капиталистов и ясное понимание громадной будущности радиотехники способствовали быстрому развитию дела. В 1905 и 1908 г. появляются два крупных сочинения, специально посвященные изучению основ радиотехники, а именно: "Zennek, Eiektromagnetische Schwingungen und drahtlose teJegraphie", 1019 стр. in 8°, 1905 и "Flеming, The principles of eleclric wave telegraphy" 671 стр., in 8°, 1906 20), а в 1908 г. в Цюрихе начинает издаваться первый журнал специально посвященный радиотехническим вопросам "Jahrbuch der drahtlosen Telegraphie und Telephonic" (около 600 стр. in 8° ежегодно). В настоящее время создалась громадная литература и кроме того почти каждый журнал уделяет время от времени свои столбцы изложению различных новинок, появляющихся в этой области. Техническая разработка не только не отставала, но скорее шла впереди научной. Уже в 1900 г. Маркони строит две крупных радиостанции: одну в Польдгу (Корнваллис) другую в Глес-Бэй (Америка), а в следующем году в газетах прошумела на весь мир весть о безпроволочном сигнале, переброшенном через Атлантический Океан: некоторая доля недоверия к такому сенсационному сообщению вскоре исчезла и в настоящее время уже никто не удивляется тому, что сигналы передаются по всему земному шару, пробегая иногда расстояния, соответствующие почти четверти меридиана.

Мы привыкли уже сравнивать электромагнитную волну с волною света, а потому невольно задаешься вопросом о том, каким путем достигает сигнал приемной станции, находящейся на столь значительном расстоянии? Отчего выпуклость земли, совершенно преграждающая доступ свету, в то же время не мешает распространению электромагнитного луча? Однако, на это имеется несколько причин. Не имея времени вдаваться в подробный анализ, я остановлю ваше внимание на наиболее интересной из них. Вы знаете, что давление атмосферы постепенно уменьшается с высотою. Принимая соответствующие законы физики можно рассчитать, что на высоте в 200 километров над землей атмосфера состоит почти из чистого водорода, находящегося под давлением около 0,003 мм. ртутного столба и температуре около —60°. Но физикам известно, что газ, находящийся при таком давлении, приобретает некоторые странные свойства, напоминающие, как это ни удивительно, свойства металла 21), а именно, он отражает от своей поверхности электромагнитную волну; вследствие этого возникает, так сказать, электромагнитное зеркало и радиосигнал, уже отдалившийся от поверхности земли, вновь направляется к ней. Так как земная и в особенности водная поверхность также имеет способность отражать электромагнитную волну, то последняя испытывает новое отражение и т. д., таким образом волна распространяется как бы между двумя зеркалами, вследствие чего и может легко достигать самых отдаленных точек, куда не могла бы достигнуть по прямому направлению 22).

Было бы слишком долго и слишком специально излагать подробности устройства радиоаппаратов, но для того, чтобы дать вам понятие об этом, я набросаю несколько штрихов, изображающих современную мощную радиостанцию. Несколько крупных керосиновых двигателей Дизеля 23), соединенных с динамо-машинами соответствующей величины, иногда большая баттарея аккумуляторов 24), а часто и то и другое, представляют тот источник, из которого станция черпает нужную ей энергию. Эта энергия направляется в совокупность аппаратов, служащих для ее преобразования, и составляюших, так называемый "колебательный контур"; существенную часть контура составляют: "батарея конденсаторов" (емкость), имеющая назначением вмещать электричество, и катушка из проволоки (самоиндукция), через которую происходит разряд. Размеры и устройство конденсаторов и катушки подбираются так, чтобы обеспечить необходимую быстроту совершения процесса разряда, или, как выражаются в радиотехнике, чтобы дать определенную длину электромагнитной волне 25). Третья существенно необходимая часть радиостанции называется антенна, или радиосеть; она представляет сеть из бронзовых проволок, растянутую на высоких мачтах (иногда до 250 метр.) высотою, и занимающих площадь иногда в несколько кв. километров 26). Назначение антенны — принять от колебательного контура или питающей установки запас энергии и, распределив его надлежащим образом в своих частях, создать в эфире те упругие изменения и вихри, совокупность которых и представляет электромагнитную волну. Чем выше поднята радиосеть, тем больше ее полезное действие, т. е. тем больший процент энергии, питающей установку, излучается 27) в пространство.

Электромагнитные импульсы, сообщаемые эфиру радиосетью, обладали раньше крупным недостатком — они имели затухание, т. е. представляли ряд толчков, постепенно ослабевающих 28); при таких условиях действие волны было очень кратковременно и передача сигналов требовала значительной амплитуды силы тока в отправительной установке. Поэтому все усилия специалистов были направлены на разработку способов получения "незатухающих колебаний", т. е. таких, при которых антенна как бы раскачивает эфир, непрерывно поддерживая электромагнитное поле вплоть до того момента, пока размыкание цепи не прекратит этого действия. В настоящее время, благодаря совместной работе ученых и инженеров в распоряжении радиотехники имеется целых 4 способа получения незатухающих колебаний 29). Позвольте мне остановиться только на одном из них, изящество и удобство которого создали ему широкую популярность и распространение, особенно для мелких радиостанций. Он заключается в применении так называемой "катодной лампы".

Представьте себе обыкновенную лампочку накаливания с металлической нитью, у которой впаяны еще два добавочных электрода: один в виде сетки из тонкой проволочки, другой в виде металлической пластинки (плоской или цилиндрической) помещается за сеткой. Обыкновенно нить такой лампы накаливается при помощи 2—3 аккумуляторов, и кроме того, между нитью и пластинкой включается баттарея, развивающая значительное напряжение 30), хотя и при небольшой силе тока. Будучи соединена с некоторыми добавочными приборами, такая система при надлежащей регулировке начинает развивать незатухающий колебательный ток, заимствуя для этого энергию от батареи высокого напряжения 31).

При краткости времени я не могу входить в изъяснение тех интересных физических процессов, которые происходят в катодной лампе: скажу только, что описанный способ возбуждения незатухающих колебаний чрезвычайно удобен для маломощных станций. И действительно, маленькая лампочка, потребление энергии которой не превосходит того, что расходуется в обыкновенном карманном фонаре 32), при антенне, поднятой на зонтике путешественника т. е. высотою всего в 1 метр, позволяет установить радиосообщение на 5—10 клм., а при подъеме радиосети на 5 метров, район ее действия увеличивается еще в 5—10 раз. Если к этому добавить, что та же катодная лампочка может служить не только для отправления, но и для приема; кроме того, что она применяется для усиления сигналов, наконец, для некоторых вспомогательных операций, то вам станет ясно, почему этот универсальный аппарат сделался идолом современной радиотехники, влияние которого быстро распространяется и во всех смежных областях.

До сих пор я сосредоточил ваше внимание исключительно на способах воспроизведения электромагнитных волн и нигде не обмолвился об их приеме. Если рассматривать радиотехнику во всей широте ее многообразных отношений к другим областям прикладного знания, то, конечно, воспроизведение электромагнитных волн представляется наиболее интересным. Практически, однако, обстоятельства сложились так, что прямой задачей радиотехники является передача сигналов и речи на большие расстояния, а потому весьма важно отметить развитие методов улавливания слабых электромагнитных волн. Это заставляет меня очертить в общих словах устройство приемной радиостанции.

Доходя до этой станции, электромагнитная волна встречает опять таки антенну. Если имеются готовые мачты, то приемная антенна располагается на них, немного в стороне, или над отравительной; при отсутствии мачт ее можно протянуть на столбах, по крышам зданий и даже в крайнем случае растянуть по земле. 33) Отдавая антенне часть своей энергии, волна сообщает электронам, разбросанным в металле, колебательное движение, периодичность которого соответствует ей самой. Несколько добавочных приборов 34), необходимых для преобразования воспринятой антенной энергии, составляют вторую часть установки: управляя ими, наблюдатель стремится получить наибольшую интенсивность сигнала. Это называется — "настраивать станцию в резонанс" с приходящей волной. Современные радиоаппараты, особенно при приеме незатухающих волн, отличаются столь острой настройкой, что малейшее уклонение регулирующего волну рычага в сторону от положения, соответствующего настройке, вызывает полное исчезновение сигнала. Наконец, из преобразующей системы, энергия передается в особый прибор, который и представляет центральный пункт действия всей установки. Этот прибор носит название — "детектор"; совершенствование детектора и составляет главное содержание всего развития приемных радиостанций. Первый детектор (называвшийся также "когерер") будучи достаточно чувствителен, обладал большим непостоянством, что доставляло много забот и требовало большой осторожности от лица, обслуживающего установку. Современный детектор представляет обыкновенно пару кристаллов, закрепленных в металлические оправы и сжимаемых слегка при помощи пружинки. Воспринимая серию импульсов, доходящих от отправительной станции, он вызывает в присоединенном к нему телефоне звуки, комбинации которых и служат для передачи депеши при помощи азбуки Морзе.

Вопрос о приеме сигналов не будет достаточно законченным, если не сказать относительно возможности усиления сигналов. Не мало лиц потрудились в свое время над выработкой приборов, способных усиливать слабые звуки: однако все их труды разбивались о непреодолимое препятствие: никакая механическая система не была в состоянии воспроизводить в точности те вибрации, из которых слагается звук 35); в лучшем случае удавалось сносно усилить звуки, интенсивность которых была ниже известного предела. Только с выступлением на сцену столь тонкого прибора, как катодная лампа, вопрос об усилении быстро разрешился в положительном смысле и мы можем выявлять звуки с большим комфортом, чем выявляются слабые лучи света при помощи длительной фотографической экспозиции. Например, чтобы в России едва-едва принимать сигналы из Парижа (башня Эйфеля) требовалось поднять антенну по крайней мере в десять метров высотой, тогда как с помощью многократного усилителя можно заставить приемник кричать на весь зал, присоединив к нему лишь совсем короткий обрезок проволоки. 36)

Говоря о передаче сигналов на расстояние, я чувствую, что моя аудитория не вполне удовлетворена и, конечно, понимаю ее. Ведь идеал, к которому стремится техника, есть передача речи, идеал, которого мы уже достигли, применяя проволочное телефонное сообщение. Но... не забудем, что первый проволочный телеграф, кстати сказать, впервые изобретенный, также в России, бароном Шиллингом-фон-Капштаттом, работал между зимним дворцом и зданием министерства путей сообщения в 1832 г. 37), а телефония развилась лишь в самом конце девятнадцатого века. Если принять ёо внимание, что первый беспроволочный аппарат появился только в 1895 г., то нужно удивляться тем успехам, которые за истекшие 26 лет сделала радиотелефония. Основное затруднение в передаче речи представляло в начале развития радиотехники отсутствие удобного способа получения незатухающих колебаний. В настоящее время это затруднение совершенно устранено и радиотелефонное сообщение за границей уже не представляет больше предмет желаний. Радиотелефонная станция отличается от радиотелеграфной тем, что вместо ключа, замыкающего цепь тока, в нее вводится микрофон, говоря в который, оратор вызывает движение его мембраны и этим вносит соответствующие изменения в колебательные токи, циркулирующие в антенне: все эти изменения переносятся электромагнитною волной и передаются на приемную станцию несравненно чище, чем это имеет место при проволочной передаче.

В 1915 г. был сделан первый опыт радиотелефонной передачи на весьма большие расстояния. 38) При помощи большого количества катодных ламп Арлингтон передавал речь в Париж, Гонолулу (Сандвичевы О-ва) и Колон (Панама). По имеющимся сведениям 39) в этом же году Архангельск слышал разговор станции Кенигсвурстенгаузен (около Берлина), а в 1920 г. Астрахань слушала радиотелефонную речь, передаваемую из Казани со станции 2-й базы радиотелеграфных формирований. 40) Если чего остается еще желать, так только возможности видеть говорящего 41), но ведь это составляет заветную мечту и обыкновенной проволочной передачи. При той энергичной работе физиков и радиоинженеров, какая совершается теперь, я смею думать, что недалеко то время, когда пессимистам останется схватиться за голову и воскликнуть: — "Увы! Все достигнуто, чего же ждать больше?" Но этот жалкий возглас не остановит полета человеческой мысли и она найдет себе новые пути в необозримом, царстве природы 42).

ЧАСТЬ ВТОРАЯ **).

Белая снежная равнина. Ни одного возвышения и никакого следа жилья. Только вдали на горизонте выделяются темные силуэты нагроможденных льдов. Тусклое небо то и дело вспыхивает мягким светом полярного сияния. Тихо кругом, только где-то высоко глухо шумит мотор и временами мелькает тень громадной птицы, кружащаяся на одном месте и как бы высматривающая добычу. Проходит несколько минут, аэроплан делает атероесаж и немедленно приступает к выгрузке. Небольшая экспедиция, состоящая из физика, астронома, радиоинженера и еще немногих лиц, быстро выносит привезенные аппараты.

Сделав свое дело, аэроплан улетает, а прибывшие еще энергичнее берутся за работу. Спешно разбиваются особые палатки; как из земли выростает невысокая мачта и радиосеть поднимаемая привычными руками, расправляет свои проволоки, как спицы необтянутого материей зонтика. Это были члены Мировой Ассоциации Ученых и Инженеров, создавшейся за последние годы под влиянием охватившей все народы идеи о необходимости объединения в области научной работы. Ассоциация физиков, ассоциация астрономов, радиоассоциация и еще несколько аналогичных организаций, возникших первоначально в каждой из стран, вскоре установили между собою контакт и, приняв международный характер, поставили ряд задач мирового масштаба. Высадившаяся партия была одна из клеточек этого мощного организма, которые в настоящее время, рассыпавшись но всему земному шару, должны были произвести единовременные наблюдения радиопередачи на большие расстояния.

Ближайшая цель наблюдений — изучение того зеркального слоя Хивизайда, который окружает земной шар на высоте 200—500 километров и представляет одну из последних загадок науки. В работе участвуют все мощные радиостанции; здесь есть и старики: Польдгу, Глес-Бэй, башня Эйфеля, Науэн; есть и более молодые: Карнарвон, Москва; есть и совсем юные: Сан-Диего, Пирл Харбор, Кавитэ, Бордо. Каждая из них в определенное время бросает в эфир потоки электромагнитных волн в несколько сот лошадиных сил; направляясь вверх и претерпевая отражение от зеркального слоя атмосферы, а иногда и от водной или земной поверхности, эти волны дают как бы электромагнитные блики на поверхности земли, изучая распределение которых можно вывести ценные заключения о строении атмосферы и ее верхних слоях, недоступных непосредственному исследованию.

Иаиболее многочисленные экспедиции отправлены в полярные страны, где частые электрические явления, наблюдаемые в верхних слоях атмосферы, настоятельно требуют своего выяснения. Жаль только, что Россия, полярная граница которой занимает почти 12 часов по долготе, не осуществила до сих пор той обширной программы радиостроительства, которая была набросана после Великой Революции. Ведь тогда бы работали кроме Москвы — Омск, Чита, Владивосток, специально предназначавшиеся для транссибирской передачи и целый ряд приемных станций, предполагавшихся по всей территории Российской Республики и опоясывавших кольцом северную и южную границы Сибири, могли бы принять участие в регистрации сигналов. Еще лучше, если-бы Россия имела одну или несколько мощных радиостанций на крайнем севере, напр., на оконечности Новой Земли, у мыса Челюсткина или на Ново-Сибирских О-вах 1). В обычных условиях, эти станции могли бы держать прямую связь с Канадой и даже с Соединенными Штатами, т. к. расстояние от каждой из них по дуге большого круга до крупных Американских радиостанций не превысит 4.000 километров, а теперь при организации массовых наблюдений, им была бы предоставлена выдающаяся роль в совместной работе. Все эти мысли быстро промелькнули в голове радиоинженера, командовавшего подъемом переносной мачты и радиосети, но ждать было нельзя, т. к. необходимо было определить свое местоположение.

Впрочем последнее было уже в общем известно. Во время полета аэроплан при помощи радиогониометра 2) непрерывно следил за сигналами нескольких крупных радиостанций. Последние пеленги, 3) взятые перед спуском, были 150° на Клифден и 198° на Глес-Бэй; специальная карта, вычерченная в особой проекции 4) в несколько секунд позволила определить, что наблюдатели достигли 86° с. ш. и 42° з. д. от Гринвича и находились между северным полюсом и Гренландией в области вечных льдов. Однако такого грубого определения было недостаточно и они с нетерпением ждали вечера, когда можно будет проверить хронометр. В 23 ч. 44 мин. 0 сек. (11 ч. 44 мин. веч.) появился предупредительный радиосигнал с башни Эйфеля, 5) через 45 сек. он замолк и ровно в 45 мин. 0 сек. по эфиру пронесся первый часовой сигнал. Вся серия сигналов повторилась еще два раза и проверка была закончена. Подобная же проверка хронометров повторялась неоднократно по сигналам других радиостанций, 6) так что за два дня пребывания экспедиции на месте,комбинация астрономических и радиотелеграфных наблюдений без особых затруднений позволила установить координаты места с точностью свыше 1 минуты дуги, что было более, чем достаточно для предстоящей обработки результатов.

Наблюдения состояния неба, метеорологических элементов, электрического и магнитного поля также шли с полным успехом, и ленты регистрирующих автоматов быстро заполнялись ценными записями. Наступал последний вечер работы, как вдруг непредвиденное обстоятельство едва не разрушило их ожидания. Принимая по проверке хронометра метеорологический бюллетень, 7) подаваемый башней Эйфеля ежедневно после дневного часового сигнала, радио-инженер еще накануне заметил, что по всем данным вблизи Исландии образовался минимум давления; за истекшие сутки он развился вполне и, перемещаясь со скоростью около 30 километров, в час, быстро продвигался на север. Уже чувствовалась борьба сил природы с искусством человека и штаги, обтягивавшие мачту, гудели от напряжения при сильных порывах ветра. Приборы спешно собирались и приготовлялись к погрузке; в нервном состоянии проходили последние наблюдения, как вдруг налетевший шквал сорвал кровлю походной палатки, произведя правда пока небольшое разрушение. Медлить однако было нельзя, приходилось прибегнуть к последнему средству: катодные лампы включены, и установка приведена на отправление; несколько нажатий ключа и радиосеть, сорванная новым порывом бури, метнулась в пространство, унося с собою последнюю электромагнитную волну, зовущую о помощи. 8) Контрольная станция, находившаяся в Баффиновом заливе, ввиду исключительных условий погоды, уже давно следила за экспедицией и сигнал был немедленно замечен. Через несколько часов буря стала затихать; аэроплан, немедленно же извещенный о бедствии, вновь появился в облаках и, осторожно спустившись, принял промерзших наблюдателей, своими собственными телами оберегавших уцелевшие приборы и собранные ими материалы.

Тяжелая ночь, проведенная без крова среди бури и мглы, а также опасения за свою судьбу, и еще более за участь собранных материалов не могла остаться без последствий. Астроном простудился; походный врач констатировал у него сильное обострение ревматизма и невралгические боли по всему телу. В виду тяжелого положения больного приходилось принять меры для восстановления пониженного обмена веществ. Так как аэроплану требовалось не менее десяти часов, чтобы добраться до места своего назначения, то не желая принимать на одного себя ответственность за судьбу вверенной уму жизни, врач решил прибегнуть к консультации. Через две минуты была вызвана радиостанция Берген в Норвегии и ей предложили соединить телефонный приемник с кабинетом известного специалиста-терапевта в Христиании. После короткого изложения картины заболевания, микрофонная мембрана, положенная на грудь больного, передала антенне слабые звуки, сопровождавшие движение сердца. При помощи многократного усилителя эти звуки направлялись далее по телефонной линий с такой ясностью и силой, как будто-бы профессор выслушивал пациента у себя в кабинете. Опасения оказались преувеличенными: сердце и легкие были в порядке, и радиосвязь была вновь разобщена.

Ввиду того, что профессор советовал для восстановления здоровья применить Д’Арсонвализацию всего тела при помощи конденсаторных электродов, врач чувствовал себя в большом затруднении. Аэроплан не имел вполне оборудованного медицинского кабинета для применения физических методов лечения. Но радиоинженер быстро нашелся: он выключил антенну, а освободившиеся концы, подающие незатухающий ток высокой частоты, соединил с одной стороны с сеткой металлической кровати, а с другой с телом больного: изолирующая подушка 9) служила промежуточной средой, разделявшей оба импровизированные электрода. Через несколько минут приятная теплота, зарождавшаяся где-то внутри в самой глубине организма, разлилась по телу пострадавшего и силы начали к нему понемногу возвращаться. Для успокоения нервов врач предложил занять мозг больного чем либо легким и приятным. Было четыре часа пополудни; аэроплан достиг Американского материка; в Европейской Англии уже вечер вступил в свои права и в концертных залах не хватало мест от избытка желающих наслаждаться музыкой. Но места и не требовалось. Громадное предприятие — "Музыкальный Трест" поставившее задачей пропагандировать лучшие произведения мировых композиторов, имело свою радиостанцию в несколько тысяч лошадиных сил, расположенную на Шотландском побережье и работавшую волной в 20.000 метров. С этой радиостанцией были соединены несколько лучших зал Соединенного Королевства. Перед началом концерта в каком либо из них, микрофон, помещенный вблизи эстрады, включался в кабель, ведущий на радиостанцию, и каждый кто имел абонементный аппарат, мог в пределах 4.000—5.000 километров наслаждаться лучшим исполнением. Аэроплан почти непрерывно совершавший дальние полеты, располагал таким аппаратом, а потому кровать астронома была передвинута в музыкальную каюту и чудная симфония скоро заставила его забыть все невзгоды проведенной ночи.

Но радиоинженер, много поработавший в этот день, также чувствовал себя разбитым и полулежал в забытьи, убаюканный гармоничными сочетаниями звуков. Однако мозг продолжал работать и возбужденное воображение рисовало ему одну за другой картины дальнейшего прогресса его специальности. Вот перед ним небольшой электродвигатель, величиной с арбуз, который приводит в движение целую мастерскую. Отчего же он так мал? — раздается вопросительный возглас, в котором радиоинженер сейчас же узнает голос собственного сомнения. — Впрочем, ведь мы знаем, что с повышением частоты размеры механизмов резко уменьшаются: ведь обычный небольшой трансформатор, работающий переменным пятидесятипериодным током, весит около 50 кило, а такой же по мощности, но расчитанный на пятисотпериодный ток, 10) не тяжелее пяти кило; преимущество высокой частоты и заключается в возможности концентрировать энергию в малом объеме и весе.

Но что это? — мастерская растет, расширяется, станки уходят куда-то вдаль, расплываясь в тумане, и перед ним открывается обширное поле, густо покрытое злаковыми растениями. Какие то шесты планомерно распределены по всей площади и лиловатое сияние окружает как бы ореолом зубчатые верхушки этого своеобразного устройства. На его глазах стебли покрываются колосьями, появляется цвет и тучные зерна осыпаются вниз, выпадая из гнезд вследствие собственной тяжести. Радиоинженер вспоминает виденные им когда-то давно опыты электрокультуры 11) и только тут замечает, что небольшая радиоустановка снабжает все поле током высокой частоты, как бы непрерывно поливая его электромагнитными волнами, распространяющимися по всем направлениям... Усталость клонила радиоинженера ко сну, но неотвязные мысли о будущих перспективах радиотехники не давали покоя. Отчего, думал он, мы не можем передавать энергию на расстояние без проводов? Правда обычная радиосеть разбрасывает ее равномерно по всем направлениям; но ведь комбинируя несколько антенн, можно даже теперь сконцентрировать всю передачу в зоне, длина которой лишь в 20 раз больше ширины! И перед ним выростала в пространстве гидравлическая установка, которая при помощи сложной антенны бросает как бы электромагнитную струю лишь в один километр шириной. Подхваченная через сотню верст второй группой антенн, эта струя перебрасывается дальше и, идя таким путем, достигает места назначения с потерей всего лишь 50% энергии. Впрочем эти 50% не совсем пропали для человечества: значительная доля энергии была поглощена во время пути и сделала чудеса на всех полях и займищах, расположенных вдоль линии передачи.

Ну, если удастся передача энергии, тогда можно думать и о междупланетных сношениях. Вот только этот ненавистный зеркальный слой, который мешает волне проникнуть в высоту далее двухсот километров! Впрочем, посмотрим, может быть, еще в нем окажутся окна: если же этого нет, то в крайнем случае можно подняться за его пределы. Конечно аэроплану пришлось бы там носиться со скоростью в несколько тысяч километров в час, чтобы противодействовать силе тяжести, т. к. давление водорода, из которого состоит этот слой, вряд ли превышает две-три тысячных миллиметра. Вот если химикам удастся извлечь из какой-нибудь руды редких минералов геокороний, которого плотность повидимому в несколько раз меньше чем у водорода, тогда, скомбинировав аэроплан с аэростатом, можно легко подняться на весьма большую высоту. Во всяком случае это вопрос прогресса общей техники... но я думаю, что, чем дожидаться геокорония, проще построить газонепроницаемый баллон и по мере поднятия эвакуировать его при помощи насоса с таким расчетом, чтобы он всегда работал на сжатие и в то же время всегда компенсировал необходимую часть веса всего аппарата. И, успокоившись на придуманной комбинации, радиоинженер погрузился в глубокий сон.

Между тем аэроплан подвигался на юг. Время от времени он посылал свои позывные и пара контрольных радиостанций быстро брала пеленги, тотчас же нанося на двуазимутальной 12) карте его положение. Вместе с тем найденные координаты немедленно передавались по радио и воспринимались всеми, интересовавшимися экспедицией. Сам аэроплан, впрочем уже не нуждался в извещениях: впереди рулевого висела подробная карта Северной Америки, где пути обычных полетов были усеяны мелкими кружками, которые автоматически загорались, когда аэроплан пролетал над соответствующей местностью. Это происходило оттого, что во все дни полета работала сеть маломощных радиостанций, распределенных вдоль линии пути; каждая из этих радиостанции имела свою настройку и приводила в действие только ту лампочку, которая соответствовала ей на радиокарте.

Больной астроном уже совсем оправился. Он вообще не часто заходил в музыкальную каюту, но под влиянием нервного состояния и наступившего успокоения почувствовал влечение к музыке. Встав с постели, он стал осматривать помещение и впервые обратил внимание на странный предмет, по некоторым признакам должно быть предназначенный для воспроизведения звуков, но мало похожий на какой-либо из общеизвестных музыкальных инструментов. Подойдя к нему ближе, астроном заметил электрический выключатель и, повернув его из любопытства, был совершенно поражен, когда незнакомый аппарат издал какую-то ноту, по тембру подходившую к виолончели. Инстинктивно водя руками около непонятного прибора, он не верил самому себе: — аппарат тщательно следил за его движениями и плавное глиссандо со всеми промежуточными коммами хроматической гаммы сопровождало каждое перемещение пальцев. Его удивление не знало пределов и было удовлетворено лишь тогда, когда радиоинженер, проснувшийся при первых же звуках хорошо знакомого ему аппарата, объяснил его устройство и назначение.

Это радиоинструмент — музыка будущего. Он содержит две маленьких радиоустановки, создающие незатухающие колебания при посредстве катодных ламп. Установки настроены так, что создаваемые колебания имеют числа периодов близкие друг к другу, но не вполне равные. В данном случае эти числа составляют один миллион колебаний в секунду и один миллион пятьсот колебаний в секунду. Если бы эти числа колебаний были точно равны, то колебания, слагаясь вместе в общем проводнике, просто усиливали бы друг друга или же ослабляли, смотря по тому, налагаются ли они одно на другое в согласном или встречном направлении 13). Но так как они разнятся по числу периодов, то, очевидно, что, совпавши в один момент, они, по истечении одной тысячной доли секунды, разойдутся как раз на полпериода, следовательно, будут налагаться навстречу одно другому. Вследствие этого суммарный колебательный ток, имевший в первый момент значительную силу, по истечении одной тысячной доли секунды упадает до нуля; такие усиления и ослабления суммарного тока будут происходить и далее в том же порядке, а значит мы будем иметь периодическое изменение силы тока (биение), повторяющееся тысячу раз в секунду. Пропуская полученный таким образом ток через надлежащее приспособление в телефон, мы заставим мембрану последнего издавать звук, высота которого соответствует вышеуказанному числу биений, т. е. приблизительно ноте "до" 14) трехчертной октавы. Установка так чувствительна, что изменение настройки влечет за собой изменение числа биений, а след. и высоты производимого ею звука. Малейшего изменения руки экспериментатора в известной зоне вблизи инструмента уже достаточно, чтобы изменить высоту, а перемещая руку в широких пределах, можно иметь диапазон в несколько октав. Конечно исполнение на таком инструменте требует прекрасного слуха и известной техники, но самое его возникновение в связи со всем остальным показывает, на сколько многообразны и оригинальны те применения, которые может дать развитие радиотехники для человечества.


*) Доклад проф. А. А. Петровского в Клубе Ученых 11-го июня 1921 г. (стр. 24.)

**) Часть вторая статьи проф. Петровского, посвященная преимущественно перспективам будущего, представляет собой сочетание действительности с фантазией. В виду того, что современные достижения радиотелеграфа часто граничат с тем, что еще недавно нам казалось совершенно фантастическим, мы считаем полезным ознакомить читателей с интересной картиной будущего радиотелефона, набросанной автором, хотя по форме она и отличается от обычных для нашего журнала статей.

Прим. Ред. (стр. 33.)

Примечания к докладу проф. А. Петровского «радиотехника, ее современные успехи и будущие переспективы».

Часть I.

1) По вычислениям Вилльяма Томсона плотность свободного эфира равна 0,936·10—18, тогда как плотность сухого воздуxa при 0° и давлении в 760 мм. равна 1293·10—6 — вследствие итого, отношение плотности воздуха к плотности эфира равно 0,14·1015 ≈ 1014, т. е. около ста триллионов. (назад.)

2) Электрическая энергия рассматривается в физике, как потенциальная энергия упруго-деформированного эфира. (назад.)

3) Магнитная энергия рассматривается в физике как кинетическая энергия движущегося эфира. (назад.)

4) Свет рассматривается в физике, как волнообразное движение эфира, колебания которого совершаются примерно пятьсот триллионов paз в секунду. (назад.)

5) Лучи Рентгена рассматриваются в физике, как волнообразное движение эфира, колебания которого совершаются еще быстрее, чем колебания, соответствующие свету (примерно в сто тысяч раз). (назад.)

6) Электрон рассматривается физикой, как средоточие элементарного электрического поля, иными словами, как средоточие упругой деформации эфира; энергия электрона есть энергия соответствующего ему электромагнитного поля. (назад.)

7) В настоящее время все более и более укореняется мысль о единстве материи, причем атом каждого вещества рассматривается, как определенная (но различная для разных веществ) группировка электронов. (назад.)

8) Эфир — пятое начало (quinta essentia), из которого состоит небо; встречаем у Аристотеля (384—322 до P. X.). (назад.)

9) В 1678 г. Гюйгенс прочел черед Парижской Академией мемуар, в котором доказывал, что свет есть волнообразное движение эфира. (назад.)

10) Леонард Эйлер (1770) с удивительной проницательностью видел то объединяющее значение, которое может иметь эфир в объяснении явлений природы. Он уже рассматривает электризацию, как упругое изменение эфира, но еще не видит возможности связать с эфиром объяснение магнитных явлений. (назад.)

11) Еще поразительнее мысли о роли эфира в природе встречаем у Ломоносова: "через трение стекла производится в эфире коловратное движение его частиц отменною скоростью или стороною от движения прочего зфира. От поверхности стекла простирается оное движение по удобным тому, особливо водяным или металлическим скважинам". (Слово о происхождении света, новую теорию о цветах представляющее в публичном Собрании Императорской Академии Наук Июля 1-го дня 1756 года говоренное Михаилом Ломоносовым. Сочинения М. В. Ломоносова, т. 4, стр. 408, 1898 г.). (назад.)

12) Электрон рассматривается как сфера, радиусом около 10—13 см., вокруг которой эфир деформирован радиально. Заряд электрона, т. е полная мера эфирной деформации равен —16·10—20 кулонов, а запас электрической энергии представляет 1,1·10—9 эргов. (назад.)

13) Основной постулат принципа относительности заключается в следующем: никакое наблюдение, производимое в какой нибудь системе, не может обнаружить прямолинейного и равномерного движения той же самой системы. (назад.)

14) Нисколько не удивительно, что такие крупные авторитеты, как Лоренц, математические преобразования которого и положены в основу теории относительности, остаются приверженцами эфира. На почве существования эфира стоит также Ричардсон, исследования которого о термоэлектронах легли в основу устройства катодных релэ, представляющих последнюю новинку радиотехнических конструкций. (назад.)

15) А. С. Попов, преподаватель Минного Офицерского Класса, а затем профессор Электротехнического Института; родился 4 марта 1859 г., скончался 31 декабря 1905 г. (назад.)

16) По новому стилю это будет 7 мая 1895 г. (назад.)

17) Приоритет А. С. Попова признается в настоящее время как в России, так и заграницей. См. Stanley, Textbook on wireless telegraphy, стр. 125, 1919 г.; Fleming, Tne principles of electric wave telegraphy and telephony, стр. 449, 1919 г. (назад.)

18) Вольтова дуга открыта в 1802 г. проф. Петербургской Военно-Медицинской Академии Петровым и почти одновременно английским ученым Дэви. См. очерк работ русских по электротехнике с 1800 по 1900 год, Петербург, 1900.

Применение дуги к освещению принадлежит Яблочкову и относится к 1876 г. (назад.)

19) Первая лампочка накаливания устроена русским техником Ладыгиным и была демонстрирована публично весной 1874 г. Лампы Эдиссона появились около 1878 г. (назад.)

20) Еще ранее появилась книга более прикладного характеpa: "Тurpain. Les applications pratiques des ondes electriques" 400 стр. in 8°, 1902 г.

В России первое практическое руководство появилось в 1901 г.: Юхницкий, "Телеграфирование без проводов", СПБ 196 стр. in 8°. Первое крупное теоретическое руководство печаталось ввиде статей в "Морском сборнике" с 1905 по 1907 г.; Петровский. "Научные основания беспроволочной телеграфии", 586 стр. in 8°. В настоящее время практическим руководством является книга: Скрицкий "Общий курс беспроводного телеграфа" СПБ. 461 стр. in 8°, 1913 г., а теоретическим: проф. Петровский, "Научные Основания беспроволочной телеграфии" ч. I-я СПБ. 476 стр. in 8°. 1913 г., текущие работы печатаются в специальном журнале, издаваемом Нар. Ком. Почт и Телеграфов — "телеграфия и телефония без проводов", около 200 стр. в год in 8°; издается при Нижегородской Радиолаборатории. (назад.)

21) Это есть так называемый слой Хивизайда. Поразительное доказательство справедливости такого предположения представляют наблюдения Де-Гроота в Голландской Восточной Индии. Небольшая (в 5 киловат) станция Сабанг, находящаяся на О-ве Суматра и имеющая дневной район действия около 250 клм., ночью бывает слышна на О-ве Ява на расстоянии в 3.000 клм., а также на станции Осака в Японии (6.000 клм.), хотя в то же время она совершенно не слышна на промежуточных станциях. (назад.)

22) Под действием солнечных лучей (главным образом ультрафиолетовых) слои атмосферы, находящиеся под слоем Хивизайда, претерпевают изменения, причем нижняя поверхность последнего как бы размывается и теряет свои зеркальные свойства. Вследствие этого вышеописанное явление днем не наблюдается. (назад.)

23) Мощная радиостанция Pearl Harbor имеет два двигателя по 750 лошадиных сил, вращающие динамо-машины постоянного тока типа компаунд по 500 киловатт и напряжением в 1430 вольт. (назад.)

24) Аккумуляторная баттарея бывшей Детскосельской радиостанции состояла из 6000 элементов, развивавших до 12.000 вольт и до 15 ампер. (назад.)

25) В последних установках, работающих незатухающими колебаниями, описанная часть радиостанций значительно упрощается, а иногда и совершенно отсутствует. (назад.)

На сколько велико число конденсаторов, читатель может судить по тому, что емкость их достигает обыкновенно 1—2 микрофарады.

26) Длина проволоки радиосети станции Carnarvon (Англия) составляет около 1,2 клм., а высота мачт около 125 м.; число таких мачт равно десяти, не считая вспомогательных меньшего размера. (назад.)

27) Количество излучаемой энергии растет пропорционально квадрату высоты радиосети. (назад.)

28) Самые первые радиостанции (искровые станции) сообщали эфиру с каждым импульсом не более десяти колебаний, причем промежуток времени, занятый колебаниями, представлял не более 1% всего интервала, заключенного между двумя сосединми импульсами. Современные звучащие станции сообщают около 100 колебаний, причем этот промежуток времени составляет уже около 10%. (назад.)

29) Эти способы суть: 1) наложение колебаний (Маркони 1913) 2) дуговой генератор (Поульссн 1903), 3) альтернатор высокой частоты (Фессенден 1908) 4) катодная лампа (Лангмюр 1914). (назад.)

30) Смотря по величине лампы это напряжение берут от 80 до 2000 вольт, а иногда даже до 10.000 вольт. (назад.)

31) В числе этих приборов должен быть конденсатор (емкость) и катушка (самоиндукция), изменяя которые и устанавливают желаемую длину волны. (назад.)

32) Расход составляет около 10 ватт. Вся радиостанция имеет столь малые размеры и вес, что может быть положена в карман. (назад.)

33) Это указывает, насколько легко принимать радиосигналы. Антенной может служить всякий металлический предмет: звонковая проводка, струя воды, бьющая из фонтана, или наконец любое дерево. (См. Valbreuze, Eclairage Electrique t. 43, p. 10, 1905 г.) Распространенным способом также является прием на небольшую рамку, обмотанную проволокой (рамочная антенна) которая может быть с удобством поставлена на письменном столе наблюдателя. (назад.)

34) В общем среди этих приборов непременно имеется конденсатор (емкость) и катушка (самоиндукция), при помощи изменения которых система регулируется так, чтобы длина волны, которую она способна создавать сама, равнялась длине приходящей волны.

Эта операция и составляет так называемую настройку приемной станции. (назад.)

35) Причина этого заключается в том, что всякая механическая система имеет свой период собственных колебаний. Обыкновенно этот период оказывается не меньше, чем 0.001 секунды. При таких условиях звуковые колебания, составляющие около 1000 в секунду, чрезмерно усиливаются вследствие резонанса, а колебания более частые, практически совсем не воспринимаются. Все это сильно искажает тембр звука. (назад.)

36) Одна лампа дает усиление в 5—10 раз, т. ч. при тpexкpaтном усилении (французский усилитель три—тэр) получаем увеличение интенсивности в 125—1000 раз. Обыкновенно бывает достаточно трех и в крайнем случае шестикратного усиления. (назад.)

37) См. очерк русских работ по электротехнике с 1800 по 1900 год. Петербург 1900. стр. 10. Первая модель аппарата Морзе была изготовлена в 1835 г., а первая линия открыта для публики лишь в 1810 г. Розенбергер, очерк истории физики, ч. III, 1892 г., стр. 316. (назад.)

38) Edelmann. Experimental wirless stations, New Jork. 1920, p. 210. (назад.)

39) См. радиотехника, № 13, 1920, стр. 353. (назад.)

40) См. Радиотехнические Известия 2-й базы радиотелеграфных формирований, № 1, 1920, стр. 25. (назад.)

41) Передача изображений по радио была сделана еще в 1908 г. (Кundsеn, Electrician t. 61, p. 89. 1908). При тогдашних средствах она была очень груба, но изображение размером в 16 · 20 см. передавалось в 15 мин. (назад.)

Часть II.

1) Эти радиостанции находились бы примерно на 77° с. ш. т. е. на расстоянии 13 градусов от полюса. Самые северные пункты материка Северной Америки, (а именно мыс Мерчисон (Боотия) или мыс Барро Аляска) находятся примерно на 72° с. ш. и расстояние от них до вышеуказанных Сибирских радиостанций составляет около 3000 клм. (назад.)

2) Радиогониометр представляет особое приемное приспособление, позволяющее определить направление, по которому приходит электромагнитная волна. (назад.)

3) Пеленг есть угол, составленный направлением, взятым на пеленгуемый предмет, и истинным меридианом места. Он считается по часовой стрелке от 0° до 360°. (назад.)

4) Это так называемая двуретроазимутальная карта, изобретенная для быстрого нахождения местоположения движущегося корабля по двум пеленгам, взятым на отдаленные радиостанции. Она чертится так, чтобы направления от некоторой точки С на две заданные точки А и В, составляли с направлением меридиана этой точки С такие же углы, какие на сфере составляют большие круги, проведенные через С и А, а также через С и В, с большим кругом меридиана точки С (Wincent Pletts, Wireless World, 1919. may, p. 68—73). (назад.)

5) Башня Эйфеля посылает три сигнала для проверки часов: вечером в 23 ч. 45 м. 0 с., в 23 ч. 47 м. 0 с. и в 23 ч. 49 м. 0 с., а также днем в 10 ч. 45 м. 0 с. и в 10 ч. 47 м. 0 с. и в 10 ч. 49 м. 0 с. (Гринвичское время). (назад.)

6) Сигналы времени подает целый ряд радиостанций; между прочим Норддейх (волна 1659 м.) в Германии посылает сигнал в 23 ч. 58 м. 46 с., в 23 ч. 58 м. 56 с., в 23 ч. 59 м. 6 с., в 23 ч. 59 м. 36 с., в 23 ч. 59 м. 46 с., в 23 ч. 59 м. 56 с. и в 24 ч. 0 м. 0 с. (Гринвич. время).

Арлингтон (волна в 2500 м.) от 11 ч, 55 м. до 12 ч. и от 21 ч. 55 м. до 22 ч. (время по 75 меридиану) и Марс Исланд (волна 2500 м.) от 11 ч. 55 м. до 12 ч. и от 21 ч. 55 м. до 22 ч (время по 120 меридиану). (назад.)

7) Метеорологический бюллетень дается Башней Эйфеля, причем сообщается давление, направление и сила ветра, а также состояние моря в 6 след. пунктах: Рейкиавик (Исландии); Валенция (Ирландия); Уэссан (Франция}; Ля Кopoнь (Испания); Хорта (Асорские О-ва); Сант-Пьер и Мнкелон (Америка). Аналогичные бюллетени посылают и многие другие радиостанции. (назад.)

8) Первое применение радиотелеграфии в авариях имело место 23 январи 1909 г. (по нов. стилю). В этот день Атлантические береговые радиостанции соединенных Штатов получили сигнал, что в море в густом тумане гибнет английское судно с 161 пассажиром "Republik". С берега невозможно было поспеть на помощь, но эти же телеграммы были получены на нескольких судах, находившихся в пути, и одному из них "Florida" удалось спасти всех пассажиров и команду "Republik", который вскоре затонул. (назад.)

9) Такая д'Арсонвализация по имеющимся данным приводит к благоприятным результатам. (Ernst Remak, Grundriss der Elеktrodiagnostik und Elektrotherapie, 1909, crp. 182 и 185). (назад.)

10) Применяемый в технике переменный ток меняет направление 100 раз в секунду; в радиотехнике в качестве промежуточного звена применяют ток направление которого меняется 1000—2000 раз в сек. Собственно радиотехнические токи меняют направление не менее 20000 и до 2.000.000 раз в сек. (назад.)

11) Озонизация воздуха, происходящая при работе отправительной радиостанции, повидимому благоприятно действует на растения. Действительно растительность около радиостанций вообще бывает хороша. (назад.)

12) Карта, вычерченная так, что все направления, идущие от двух заданных пунктов А и В к какой либо точке С, составляют с линией АВ такие же углы, какие составляют на сфере большие круги, проведенные через А и С, а также через В и С с большим кругом, проведенным через А и В. (Wincent Pletts, Wireless World, may, 1919, p. 68—73). (назад.)

13) Самих колебаний высокой частоты ухо не слышит, т. к. оно воспринимает только колебания в пределах от 16 до 10 000 в сек. (назад.)

14) Число колебаний в секунду для ноты "си" двухчертной октавы равно 960. Нота "до" (ut) имеет 1024. (назад.)

13 июля 1921 г.